Calendar

June 2017
S M T W T F S
« May    
 123
45678910
11121314151617
18192021222324
252627282930  

Archives

ClustrMaps

        

Previous visitor totals:

My Android Apps

  • Movies by Flixster
    ★ Voted the best "At Your Service" app in Google Play Store for 2013 - Google Play★ "A terrific app for learning about what movies are playing." - PCWorld.com★ One […]
  • TweetCaster for Twitter
    TweetCaster has a gorgeous look with an intuitive interface that makes it super easy to use while packing in tons of features. Optimized for both phones and tablets, TweetCaster has been highly […]
  • Easy Tether Lite (No root)
    Carrier-independent tethering for your Android phone. EasyTether shares Internet connection from your smartphone with your computer, tablet and router.It supports […]
  • Layar
    Connect digital content with the real world with Layar - the world’s #1 augmented reality app.Scan print materials enhanced with Layar to view rich digital experiences right on top! […]
  • Aldiko Book Reader
    Download one of the best Android eBook Readers now!★The leading eBook application for the Android platform★25+ million users from over 200 countriesDifferences between the […]
  • WebSharing (WiFi File Manager)
    WebSharing enables you to wirelessly transfer files to and from your phone or tablet using a web browser. You can play and manage music, view your photographs, and manage files on your device using […]
  • Lookout Security & Antivirus
    Lookout Security & Antivirus offers top-notch protection against mobile threats, phone loss and theft. With your registered email, you will be able to log into […]
  • Remote Desktop Client
    **ON SALE for $9.99 (regular price: $14.95)!**Xtralogic Remote Desktop Client for Android enables you to connect to your Windows computers across the Internet from a mobile device powered by […]
  • Log Collector
    Collects a device log and sends it to a developer using a method (email, messaging, etc.) of your choice. The log data is vital to troubleshoot a crashing, or otherwise misbehaving […]
  • Docs To Go™ Premium Key
    Work from anywhere: View, edit, and create Microsoft® Office files & view Adobe PDF® files on your Android smartphone and/or tablet with the original & #1 selling mobile Office suite […]

Photos

20121223_180907.jpg

Login

“Улыбайтесь, Господа!..” Разница в подходах…

Понравился стеб, поэтому размещу и здесь тоже…

Кстати, почему-то не все поняли что это стеб. Видимо, потоки дезинформации делают свое дело..

В Сирии есть две категории бомб – хорошая бомба и плохая. Хорошая бомба – это бомба американо-европейской коалиции, плохая – это бомба России…

Американо-европейская бомба – сама деликатность: она точно падает на боевиков ИГИЛ, не причиняя никакого ущерба окружающим. Она щадит женщин и детей, находящихся в здании, где прячутся джихадисты. Вот, например, автомобиль: в нем находятся один джихадист, несколько женщин в паранджах, а также – полдюжины малолетних сирийцев.

Американо-европейская бомба не станет грубо взрываться и убивать невинных: она сконцентрирует всю свою мощь на джихадисте. Другие пассажиры выйдут из машины лишь с небольшими царапинами. Хирургически точная американо-европейская бомба является образцом по соблюдению прав человека. Посмотрите, как на рынках она избегает мест, где собираются матери семейств, поражая лишь скопления злых бородачей, торгующих “Калашниковыми”.

Американо-европейская бомба – волшебный результат 20 веков развития западной культуры. Не хватает газетной полосы, чтобы описать различные экологические аспекты этой бомбы, которая с уважением относятся к окружающей среде.

Русская бомба – дочь 70 лет слепого коммунистического террора, падает куда угодно и на кого угодно, запускаемая с пьяного военного корабля, сбрасываемая с допотопного самолета пилотом-психопатом, она стирает с карт мирные города и невинные деревни.

Русской бомбе плевать на сирийский народ, под предлогом его спасения от терроризма она разрушает школы и госпитали, детские ясли, дома престарелых. Ей нет дела, что перед ней, стало овец или дом отдыха.

Там, где американо-европейская бомба пощадит животных и отдыхающих, ударив лишь по боевикам-исламистам и уничтожив их одного за другим с терпением и точностью белошвейки, русская бомба упадет со смертельной силой, разрывая на части овец и отдыхающих.

Разве не показательно, что сами сирийцы просят, чтобы американо-европейские бомбардировки не прекращались и даже продолжались уже после подписания мирных соглашений, ибо они не хотят забывать об их точности, мягкости, интеллигентности.

Отсюда.

Ничего не изменилось… К сожалению…

В России сейчас подняли шум, по поводу интервью отставного большого начальника ЦРУ каналу CBS.

Вот об этом…

МОСКВА, 9 авг – РИА Новости. Бывший заместитель главы ЦРУ Майкл Морелл в эфире телеканала CBS News заявил, что для урегулирования конфликта в Сирии следует “скрытно” убивать россиян и иранцев.
По мнению Морелла, Вашингтон должен более активно поддерживать боевиков в Сирии.

“Когда мы были в Ираке, иранцы снабжали оружием шиитских боевиков, убивавших американских солдат. Иранцы заставили нас расплачиваться. Мы должны сделать так, чтобы в Сирии поплатились иранцы, мы должны заставить платить русских”, — сказал он.

“Мы заставим русских и иранцев расплачиваться, убивая их?” – переспросил Морелла ведущий CBS Чарли Роуз.
“Да. Скрытно”, — подтвердил экс-замглавы ЦРУ

Морелл добавил, что об этом не обязательно отчитываться в Пентагоне, но следует “убедиться, что об этом знают в Москве и Тегеране”. Затем, по его мнению, США должны “напугать” президента Сирии Башара Асада, уничтожая его гвардию и “взрывая его ведомства посреди ночи”.
Все это, убежден Морелл, позволит “надавить” на Дамаск, Москву и Тегеран и добиться “дипломатического урегулирования”.
Представитель госдепартамента отказался комментировать слова экс-разведчика, посоветовав “обратиться к нашим брифингам и политике относительно Сирии”.
Ранее Майкл Морелл в статье в газете New York Times поддержал Хиллари Клинтон в ее борьбе за президентский пост. Республиканца Дональда Трампа экс-сотрудник ЦРУ назвал “невольным агентом” России. Миллиардер в ответ заявил, что Морелл действует по указке Белого дома.

Отсюда.

И я вот чего не пойму, чему возмущаются?

Это уже было. Совсем недавно я об этом писал.

Боюсь, что оно и не заканчивалось.

“Россия вредит Америке тем, что объявила войну наркотикам”…

Если вы думаете, что кто-то сошел с ума, то…

Я лишь перевел заголовок статьи из “Washington Post” “Russia’s war on drugs is hurting America”.

By Danielle Allen July 28

Danielle Allen is a political theorist at Harvard University and a contributing columnist for The Post.

While we’re on the subject of Vladi­mir Putin, it’s worth noting another way Russia is working against U.S. interests. Russia is helping to sustain the war on drugs. In fact, Russia has become the world’s most aggressive defender of maintaining the war on drugs, outdoing even countries such as Iran. Iran, for instance, supports things such as needle exchanges for heroin users; Russia does not. And Russia’s hard-line stance on the drug war is bad for us.

The contrast with a country like Iran means that Russia’s social conservatism is an insufficient explanation for its stance. To understand its motives, we need to look elsewhere. One reason for Russia’s aggressive position on the war on drugs may be that members of the Russian oligarchy appear to be profiting from the illegal drug economy. A second reason must surely be that Russia can see clearly that modern prohibition is weakening the United States, its historical geopolitical competitor.

How does Russia make its influence felt in ways that matter for the rest of us? The current executive director of the U.N. Office on Drugs and Crime is Yuri Fedotov. Fedotov was the Russian ambassador to Britain during the polonium poisoning in London of Alexander Litvinenko. As Samuel Oakford has reported for Vice news, Litvinenko, shortly before his death, completed a report alleging links between Viktor Ivanov, recent Russian drug czar and confidant of Putin, and St. Petersburg-based mafia at a time when those organizations were involved in drug trafficking. The complex structure of corruption in Moscow makes it challenging to probe the significance of such connections, but for whatever reason, the Russians have used their role at the U.N. Office on Drugs and Crime and on the U.N. Security Council to block reform.

In April, for the first time since 1988, the United Nations held a special session of the General Assembly on global drug policy. In the intervening decades, powerful movements for reform have developed in South and Central America, in Europe, and also here in the United States. Uruguay is about to begin implementing the first legal national-level state sale of marijuana. Mexico is in the process of liberalizing its marijuana laws. Portugal has legalized marijuana, decriminalized other drugs by making use of them subject to administrative fines instead of criminal penalties, and embraced a policy of harm reduction, which refers to the effort to reduce the harms that flow from drug use instead of trying to achieve an end to drug use. For reformers, one of the main goals for the General Assembly special session was to have language supporting harm reduction, decriminalization and an acknowledgment of the failure of the drug war included in the U.N. protocols. Russia succeeded in blocking these efforts.

While individual countries will go their own way and pursue reform at the national level, the continuance at a global level of the language of prohibition and a focus on a criminal justice instead of a public-health strategy for narcotics control will slow reform. Domestic arguments about whether harm reduction, legalization and decriminalization make sense will unfold against a backdrop of international protocols where those ideas have not been endorsed.

But what does Russia get out of slowing down efforts to end the war on drugs? A Brookings Institution report by New York University scholar Mark Galeotti calls out corruption in the Russian Federal Security Service forces and a tendency on the part of Russians to view international law enforcement through the lens of geopolitical rivalries and as a tool for “asserting regional hegemony.” Legal methadone clinics, so the argument runs, according to Oakford, would undercut an important source of revenue for Russian drug-trafficking organizations involved in corruption networks with the security forces.

And what about the geopolitical stakes? Russia believes that its heroin problem was caused, even perhaps intentionally, by the United States with the destabilization of Afghanistan. But Russia can also surely see that the war on drugs is weakening the United States. Every year Americans of all races collectively spend $100 billion to buy illegal drugs. As a country, we then bear costs of roughly $100 billion a year from fighting the crime related to illegal drugs and from the loss to productivity caused by incarceration. Our national defense budget, by way of contrast, is $600 billion a year. If you want a competitor to be thrown off focus by a distraction, a project that drains its resources at this scale annually would seem welcome.

Then there is the social division spawned by the war on drugs. The burdens of mass incarceration and the increased capacity of the police for violence have fallen most heavily on African Americans and Latinos, despite the equal-opportunity use of drugs by whites, blacks and Latinos. The combined impact of racial disparities in mass incarceration and in the application of police force has now, in 2016, brought about the most severe racial split that our country has seen in a long time.

This racial division isn’t merely depressing and dispiriting. It isn’t merely material for politicians from either party to exploit. It also weakens us as a country. Any country where citizens are engaged in intense conflict and controversy among themselves has a reduced capacity to play an impactful role in the world. What the war on drugs has done to us is good news for Russia.

And here it is worth remembering that “law-and-order” Donald Trump would double down. When Trump invokes his mighty wall on the Mexican border, he often extols as a virtue that it will keep the drugs out. Every time I hear crowds chant, “Build the wall,” I can’t help but think about the all the tunnels that international drug traffickers have already constructed underneath our border. A Trump wall would go up; the web of drug tunnels would go under.

At this point, our situation is already crystal clear. The drug war is not solving the problems of either addiction or crime. It is, however, tearing our social fabric, and that weakens us as a country, including within the geopolitical order. Trump and Putin are on the same page here. With regard to the war on drugs, they are aligned in pursuing a policy that makes America weaker.

Отсюда.

Для тех, кто плохо читает на английском, несколько переведенных цитат из статьи. Избранные места, так сказать…

“… Следует отметить еще один способ, с помощью которого Россия причиняет ущерб американским интересам. Россия помогает вести войну с наркотиками. Фактически Россия агрессивнее всех прочих стран мира требует продолжать борьбу с наркотиками, обойдя даже такие государства, как Иран… И жесткая позиция России в области борьбы с наркотиками вредит нам…”

“В последние десятилетия в Южной и Центральной Америке, в Европе и США сложились мощные движения, требующие реформ. Уругвай собирается впервые разрешить государственную торговлю марихуаной. В Мексике идет процесс смягчения законов о марихуане. Португалия легализовала марихуану и вывела использование прочих наркотиков из уголовной сферы, сделав караемым штрафом административным правонарушением, одновременно продвигая политику снижения вреда, то есть, добиваясь смягчения вреда от употребления наркотиков вместо полного прекращения употребления. Для реформаторов Генеральная Ассамблея должна была перенять язык снижения вреда, декриминализации и признания провала войны с наркотиками, включенного в протоколы ООН. (И вот – барабанная дробь:) – Россия (Сцуко) смогла блокировать эти усилия.”

“На данный момент наша ситуация кристально ясная. Война с наркотиками не решает наши проблемы ни с преступностью, ни с зависимостью от наркотических веществ. При этом она разрывает нашу социальную ткань и ослабляет нашу страну, в том числе, в геополитическом порядке. Трамп и Путин занимают одну позицию в этом отношении. В отношении войны с наркотиками они объединены в проведении политики, которая ведет к ослаблению Америки…”

Перевод взят отсюда.

“Let’s kill some Russians?…”

Это цитата из фильма “Война Чарли Вилсона” “Charlie Wilson’s War” (2007)

Фильм основан на реальных событиях. Это фильм о том, как сенатор Чарли Вилсон Charlie Wilson настоял на том, чтобы США через ЦРУ поставляли в Афганистан современное вооружение, в том чмсле системы “Stinger”.

В фильме утверждается простая мысль: “Эти поставки изменили ход войны и русские ушли из Афганистана”.

И кого волнует то, что потом те же военные выкупали у Афганцев то же самое вооружение?

Цитату в заголовке переводить нужно?

Про ливийский ужас без конца…

Статья про Ливию. Точнее про то, что от этой страны осталось.

ABU GREIN, Libya — A howling wind filled the air with sand, enveloping the small desert outpost. Shivering from the January cold, a skinny, bedraggled man in mismatched desert camouflage fatigues, a scarf wrapped around his face, took a deep breath and stepped forward. He tightened his grip on his AK-47 as the car pulled up to the checkpoint. Without a helmet or bulletproof vest, he warily approached, asking for identification papers, searching for weapons and checking the trunk. This time there was nothing inside, save for some rope and a few empty burlap sacks, likely to be filled with wheat or barley for the drive back. He relaxed, and waited for the next car to arrive.
Just a few years ago, the land around this outpost, 180 miles southeast of the Libyan capital of Tripoli, was a nature reserve where the deposed leader, Muammar al-Qaddafi, and his entourage would come for retreats, hunting for wild game. The spacious villas that housed them are dotted around, now empty, looted for their gaudy fixtures and fittings. Inhabitants of a nearby village have mostly fled. Once a sleepy patch of desert, Abu Grein has now become the front line against the Libyan branch of ISIS, a gathering force now threatening to demolish what’s left of the country.
The men at the checkpoints, ambling back and forth between shipping containers used as makeshift shelters, know that any one of the cars and trucks passing could be loaded to the brim with explosives, or jihadis seeking to kill them.

“It’s about waiting in terror in the dark not knowing when the next explosion will strike you.”

Mostly the militiamen come from the nearby city-state of Misrata. They knew that if ISIS gets through this front, their families and neighbors back home will be put at risk. From their stronghold in the city of Sirte about 90 minutes up the road, the list of atrocities carried out by ISIS is seemingly endless; they have dispatched suicide bombers, launched attacks on checkpoints, laid booby-trapped bombs, beheaded Christians and others, stormed the most upmarket hotel in the country, hijacked oil tankers and attacked oil facilities, kidnapped civilians, and captured fighters from the collection of dwindling militiamen that guard the front.
“Try coming here at night,” said Sadeeq Darashi, a 35-year-old fighter, during a break from the sandstorm at the nearby command outpost, a squat one-room cinder block building that also serves as a dining area, sleeping quarters, and TV room. “It’s not about the cold. It’s about waiting in terror in the dark not knowing when the next explosion will strike you.”

Полностью, — здесь

В общем, теперь дееспособным жителям Ливии есть куда себя применить. И вопрос, откуда берутся террористы отпадает сам собой.

Печально…

Про потери в Ираке…

Старая статья.

Честно говоря, я даже не знал, что все было так трагично..

Более 150 тыс. человек погибли в Ираке с начала военной операции. Число жертв было подсчитано Министерством здравоохранения Ирака по заказу Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ). Это вчетверо меньше цифры, приведенной в спорной статье, опубликованной в 2006 году авторитетным медицинским журналом Lancet, но почти в три раза больше, чем указывает организация Iraq Body Count («Подсчет потерь в Ираке»).

Последние данные были основаны на опросе 9345 семей по всему Ираку – в городах и деревнях.

Исследование относится к периоду с марта 2003 по июнь 2006 года, при этом половина погибших, указывают авторы, приходилась на Багдад.
По данным опроса, одной из главных причин смертности среди взрослых иракцев стало насилие. Чаще всего гибли мужчины в возрасте от 15 до 59 лет.

Как сообщил министр здравоохранения Ирака Салих Махди Мотлаб аль-Хасанави, за первый год военной акции США в Ираке насильственной смертью ежедневно умирали 128 человек, в 2004 году – 115 человек, а в 2006 году уровень смертности вновь возрос до 126 человек в день.

Согласно опросу, с 2003 года в стране погибли 151 тыс. человек.

Несмотря на то что авторы настаивают на достоверности социсследования, 151 тыс. погибших – усредненный показатель. По некоторым данным, число жертв может находиться в пределах от 104 до 223 тыс. человек.
«Полученные нами данные, естественно, не могут считаться полными, поскольку военное командование США не предоставляет информации о гибели мирных жителей, а статистики по иракским больницам и госпиталям попросту нет, – цитирует ИТАР-ТАСС слова эксперта ВОЗ Мохаммеда Али. – Поэтому цифры, полученные в результате масштабного опроса населения, можно считать на сегодня наиболее достоверными».

«В любом случае, результаты исследования свидетельствуют об огромной смертности со времени начала конфликта», – резюмировал доклад министр здравоохранения Ирака Салих Хасанави.

Вопрос о том, сколько мирных жителей погибли в Ираке с начала вторжения, остается открытым.

Так, в октябре 2006 года журнал Lancet опубликовал анализ американской Школы здравоохранения Блумберга при университете Джона Хопкинса в Балтиморе.

В статье утверждалось, что с 2003 года в Ираке погибли около 655 тыс. человек. Джордж Буш раскритиковал авторов исследования, назвав приведенные ими данные недостоверными, сообщает BBC.

Самая известная на сегодня организация, занимающаяся подсчетом жертв войны в Ираке, Iraq Body Count фиксирует лишь подтвержденные смертные случаи. На июнь 2006 года сообщалось о 50 тыс. погибших.
К данному моменту Iraq Body Count называет число в 80,4–87,8 тыс. погибших.

Американские власти не подтвердили и этих цифр. Сам Буш оценил число жертв в Ираке в 30 тыс. человек.

В начале прошлого года сунниты заявляли о том, что иностранная оккупация стоила жизни и здоровья 1 млн иракцев.

Военная операция в Ираке продолжается уже почти пять лет. Формальным поводом к ее началу послужили до сих пор не получившие независимого подтверждения заявления американского руководства о наличии у Ирака оружия массового уничтожения.

По заявлениям представителей американского командования, основными задачами коалиционных сил в Ираке является поиск и уничтожение боевиков, а также содействие иракскому правительству в формировании национальных силовых структур.

В 2008 году на военные операции в Ираке и Афганистане американский конгресс дополнительно выделил 70 млрд долларов.

Отсюда.

Впрочем, почему “было”? Там все продолжается и конца этой войне не видно.

Что из себя представляет Халифат?..

Просто ссылка и тоже все на английском.

Здесь.

Кто убивал на Майдане…

Расследование проведено было кем-то из Канады, если я не ошибаюсь.

Там очень много букв и все на английском.

Я только о результатах.

Conclusion
This paper shows that the Maidan massacre of the protestors and the police on February 20, 2014 involved the far right and oligarchic parties, and it was a key element of the violent overthrow of the corrupt and oligarchic but democratically elected government in Ukraine. The study is based on a theoretical framework of rational choice and Weberian theory of instrumentally-rational action and analysis of a large volume of different sources of publicly available evidence. The various kinds of evidence analyzed from such a theoretical perspective indicate that armed groups and the leadership of the far right organizations, such as the Right Sector and Svoboda, and oligarchic parties, such as Fatherland, were directly or indirectly involved in various capacities in this massacre of the protesters and the police. This mass killing was a successful false flag operation, which was organized and conducted by elements of the Maidan leadership and concealed armed groups in order to win the asymmetric conflict during the
“Euromaidan” and seize power in Ukraine. This study also provides a rational explanation for
the failure of the government investigation to find and prosecute those directly involved in this mass killing and for falsification of the investigation. However, specific nature and degree of the involvement of each of these political organizations and specific leaders and armed protesters remains unclear. Such a false flag massacre by its nature could have been organized and successfully carried out only by a small number of Maidan leaders and protesters. The absolute
majority of the Maidan protesters, activists, members, and supporters of the “Euromaidan” mass
protests and parties that led these protests, including the victims among the protestors, were not aware about the actual organizers and perpetrators of this politically motivated murder and not involved in any other way in this mass killing. The study shows that concealed armed Maidan groups, which were based in particular in Music Conservatory and the Trade Union buildings, started the massacre in the early morning on February 20 by targeting Berkut and Internal Troops units on the Maidan itself with live ammunition fire, inflicting their mass casualties, and forcing them to retreat. Then the armed Maidan groups, in particular the same ones, massacred the unsuspecting Maidan protestors from concealed positions. The analysis of circumstances, timing, and locations of specific killings of 49 protestors presents evidence that almost all of them were killed from the Maidan-controlled buildings and locations, in particular the Hotel Ukraine and Zhovtnevyi Palace. This study presents direct evidence, such as videos, photos, and witness testimonies, concerning groups of the Maidan

snipers
” in these buildings
and their shooting from these positions in the directions of the protesters at the same time when the protesters were killed and wounded from these directions from the same caliber and types of weapons.

64 The other evidence includes the following: the Maidan leaders gaining power as a result of the massacre; loss of power and flight by President Yanukovych and his other top government officials from Kyiv February 21, 2014 and then from Ukraine; Maidan protesters sent under deadly fire into positions of no important value and then being killed wave by wave from unexpected directions; and failure of the armed Maidan groups and Maidan leaders to target, neutralize and capture these snipers in buildings under the Maidan control or on their territory. Similarly, snipers killing unarmed protesters and targeting foreign journalists but not Maidan leaders, armed Maidan groups, the Maidan Self-Defense and the Right Sector headquarters, the Maidan stage, and pro-Maidan journalists become rational. The seemingly irrational mass killing of the Maidan protesters and the police on February 20, 2014 turns to be rational from self-interest based perspectives of rational choice and Weberian theories of instrumentally-rational action. The new government that came to power largely as a result of the massacre falsified its investigation, while the Ukrainian media helped to misrepresent this mass killing of the protesters and the police. The analysis found that Berkut
was shooting at the Maidan “snipers” and as warning to stop unarmed protesters, but it cannot
exclude that the police killed or wounded some of the protesters, specifically armed ones, on February 20 because of lack of information about killings of a few protestors. No reliable
evidence about “third force” foreign snipers or organizers of the massacre
has been found. This academic investigation also brings new important questions that need to be addressed. Because of various evidence of US government backing of the Maidan opposition, its involvement in the Maidan government selection and policy decisions, and its past record of supporting or organizing regime change in other countries, additional research is needed to examine if there was any involvement of the US government in the violent overthrow of the Ukrainian government.
This study puts “Euromaidan” and the violent conflict in Ukraine into a new perspective.
While the massacre of the protestors and the police was rational from a rational choice or instrumentally rational theoretical perspective, this mass killing not only ended many human lives but also undermined democracy, human rights, and the rule of law in Ukraine. The massacre of the protesters and the police was a key part of the violent overthrow of the government in Ukraine and a major human rights crime. This violent overthrow constituted an undemocratic change of government. It gave start to a large-scale violent conflict that turned into a civil war in Eastern Ukraine, to a Russian military intervention in support of separatists in Crimea and Donbas, and to a de-facto break-up of Ukraine. The violent overthrow of the Ukrainian government also escalated an international conflict between the West and Russia over Ukraine.

Полностью — здесь.

О ядерных бомбардировках Хиросимы и Нагасаки…

Интересная статья, на мой взгляд.

The Japanese themselves were not certain what happened in Hiroshima. Many of Japan’s leaders dismissed U.S. claims of a new type of bomb, thinking that this was simply a continuation of the conventional destructions of cities. It was one of the reasons that no decision on surrender was made. The Japanese were prepared to live with extraordinary casualties. The firebombing of Tokyo did not lead to talk of surrender. And the argument was that since Hiroshima was not a special case, it did not warrant surrender. Recent research into archives shows that the Japanese were not planning on surrender. True, Japan had put out diplomatic feelers, but it is often forgotten that Japan attacked Pearl Harbor in the midst of negotiations. It is in this context that feelers have to be considered.

There are those who are confident that the Japanese would have surrendered without the bombing of Hiroshima. But they did not surrender because of the Tokyo bombing. Submarine warfare — not just bombing — had crippled Japan’s industry, but this had been the case for many months. And the example of Okinawa, with its kamikaze attacks and civilian resistance to the death, was sobering. You and I may know what was coming, but President Harry S. Truman did not have the luxury.

There are two defenses from a military perspective, then, of the American bombing. One is that no one at the time could be certain of what the Japanese were going to do because a reading of the record shows that even after Hiroshima, even the Japanese didn’t know what they were going to do. Second, a doctrine and reality of war was unfolding — a process that began hundreds of years earlier. But those who would challenge these defenses are compelled to explain how they would have dealt with monstrous regimes like Nazi Germany and Imperial Japan.

The focus on Hiroshima is morally justifiable only in the context of condemning several centuries of military development. It can be condemned, but I don’t know what difference it makes. The logic of the musket played itself out ineluctably to Hiroshima. But the core reality that played out was this: Over time, the distinction between military and civilian became untenable. War fighting began in the factory and ended with the soldier at the front. The soldier was a capillary. The arteries of war were in the city.

Полностью, — здесь.

Актуальный вопрос…

Так, кто на Украине настоящие террористы?